KaZa

Fleur "Русская рулетка"

Tue, 30 Jun 2009 16:43:00 GMT

Сквозь тревожные сумерки, дым сигарет
отражается в зеркале нервное пламя свечи
Я сижу за столом, на столе - пистолет
Я играю в игру для сильных мужчин

Я смеюсь над собой - я рисую усы
Ты не знаешь - какая я, наверняка
Я - энергия взрыва, я - эхо грозы
Я пока не опасна, но это только пока...

Ты еще не знаешь насколько
Все это будет всерьез
У меня осталась два часа до рассвета
И еще один нерешенный вопрос

Кто мы, незнакомцы из разных миров
Или может мы - случайные жертвы стихийных порывов
Знаешь, как это сложно - нажать на курок
Этот мир так хорош за секунду до взрыва....

Чак Паланик "Колыбельная"

Mon, 29 Jun 2009 12:03:00 GMT

Представьте бессмертие, когда даже брак длиной в полвека покажется
приключением на одну ночь. Представьте, как моды сменяют друг друга,
стремительно -- не уследишь. Представьте, что с каждым веком в мире
становится все больше и больше людей и в людях все больше и больше отчаяния.
Представьте, как вы меняете религии и работы, места жительства и диеты, пока
они окончательно не утратят ценность. Представьте, как вы путешествуете по
миру из года в год, пока не изучите его весь, каждый квадратный дюйм, и сам
станет скучно. Представьте, как все ваши чувства -- любви и ненависти,
соперничества и победы -- повторяются снова и снова и в конце концов жизнь
превращается в бесконечную мыльную оперу. Все повторяется снова и снова,
пока рождения и смерти людей перестанут тревожить вас и волновать, как никого не волнуют увядшие цветы, которые выбрасывают на помойку.

Thu, 25 Jun 2009 10:43:00 GMT

Словно в шляпе и в серебре,
В черном галстуке на груди,
Тень, мелькнувшая на стекле,
В белом-белом и вся в крови.

Словно дым, что попал в глаза,
Все исчезло. Остался след.
Тихо плакали у окна
По тому, кого вовсе нет.

Словно пылью забиты сны
В ужасающей тишине.
Может он – похититель тьмы,
Что является при луне.

Словно ветер открыл глаза,
В темноту опуская взгляд,
Чтоб упала на пол слеза,
Превращаясь в смертельный яд.

Словно в шляпе и в серебре,
В черном галстуке на груди,
Тень моя была на стекле,
В белом-белом и вся в крови…

* * *